На красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма Айка (18 мая 2018). Канны, Франция

Танцующая в тесноте: трущобная элегия Дворцевого в Каннах

680
(обновлено 19:17 19.05.2018)
В конкурсной программе 71-го Каннского кинофестиваля была представлена картина "Айка" режиссера Сергея Дворцевого - социальная драма, которую режиссер снимал целых 6 лет. И вот тяжелая московская история киргизской эмигрантки стала одной из последних в "Основном конкурсе" фестиваля.

Российско-казахстанский режиссёр Сергей Дворцевой охотно и искусно снимает как документальное кино, так и игровое, в котором невооруженным взглядом чувствуется его "документальное" видение и поразительная аутеничная оптика.

  • Режиссер Сергей Дворцевой на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма Айка (18 мая 2018). Канны, Франция
    Режиссер Сергей Дворцевой на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма "Айка" (18 мая 2018). Канны, Франция
    © Sputnik / Asatur Yesayants
  • Режиссер Сергей Дворцевой и актриса Самал Еслямова на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма Айка (18 мая 2018). Канны, Франция
    Режиссер Сергей Дворцевой и актриса Самал Еслямова на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма "Айка" (18 мая 2018). Канны, Франция
    © Sputnik / Asatur Yesayants
  • На красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма Айка (18 мая 2018). Канны, Франция
    На красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма "Айка" (18 мая 2018). Канны, Франция
    © Sputnik / Asatur Yesayants
1 / 3
© Sputnik / Asatur Yesayants
Режиссер Сергей Дворцевой на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма "Айка" (18 мая 2018). Канны, Франция

"Айка" — не исключение, скорее — квинтэссенция!

По сюжету картины, Айка — иммигрантка из Киргизии. Родив ребенка в Москве, она вынужденно оставляет его в роддоме, так как погрязла в долгах, находится в крайней нищете и ищет минимальный заработок, в прямом смысле — на кусок хлеба, в гастарбайтерской пучине с просроченной московской пропиской.

В Каннах Дворцевого еще не забыли, ведь до "Айки" его другая российско-казахстанская копродукция — "Тюльпан" —  ровно 10 лет назад получила главный приз каннской программы "Особый взгляд". Еще тогда критики высоко оценили его этнографическую эстетику, обеспокоенность в вопросах нравственности и отличное чувство юмора. Хотя последнего в "Айке" практически нет, трепет Дворцевого все продолжает течь из фильма в фильм, вызывая внутреннюю дрожь, неимоверную взволнованность и неподдельное сопереживание.

Потрясает работа польского оператора Йоланты (Йолы) Дилевска, ее навязчивая наблюдательность, которая позволяет перевести зрителя в динамичное личное пространство главной героини — в неотвязную тесноту, где зритель в зале начинает задыхаться, также как и истощенная героиня в московском "дне". Порой стиль Йоланты напоминает Алена Маркоэн — оператора великих Братьев Дарденн. И это не единственная схожесть, ведь Дворцевой последовательно продолжает дарденновские традиции "морального беспокойства", "тяжести выбора" и "этического кинематографа" в целом.

Другой повод для восторга — исполнительница роли, казахстанская актриса Самал Еслямова, которая казалось бы не успевает толком ничего "играть", ибо в течение всего фильма мечется в адских кругах трущобного планктона, атмосфера которого напоминает "донбасское подполье" Сергея Лозницы или документальные кадры разоблачения исмаиловского узкоколейного "черкизона".

Образно напоминающая триеровскую героиню Бьорк Сельму Жескову ("Танцующая в темноте"), Айке в узких коридорах ущебности и нищеты негде развернуться для мимолетного танца надежды. Единственная музыка для Айки — выдох от изнеможения, единственный танец —отчаянный бег в тесноте.

680
Теги:
рецензия, кино, фильм, Каннский кинофестиваль
Загрузка...

Орбита Sputnik