Спикер Парламента Ара Баблоян на внеочередном заседании НС (7 июня 2018). Еревaн

"Затаились на время": чем грозит Пашиняну и его команде успех на выборах мэра Еревана

2524
(обновлено 21:00 24.09.2018)
Хотя выборы в Совет старейшин Еревана с формально-юридической точки зрения – это кампания муниципального уровня, фактически она стала событием общенационального масштаба.

Сергей Маркедонов, доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ) – для Sputnik Армения

Прежде всего, стоит иметь в виду, что сами по себе выборы в столице любого небольшого государства превращаются в своеобразные учения для всех партий и движений страны.

Тем более избрание высшего представительного органа Еревана происходит не по мажоритарной, а по пропорциональной системе. В столичном муниципалитете сконцентрирована почти треть всех избирателей Армении. Лучшего социологического исследования с целью определения планов на будущее для политиков и придумать невозможно. 

Ереванский политический ресурс

Добавим к этому особую роль Еревана в постсоветской истории Армении. Начиная с массовых выступлений в поддержку самоопределения армян Нагорного Карабаха на закате СССР, именно республиканская столица была местом наиболее значимых для всей страны политических акций, будь то протесты 1996, 2003, 2008, 2013 годов по итогам президентских выборов, "ЭлектрикЕреван" 2015 года или недавняя "бархатная революция".

Выборы в Ереване: как проголосовали горожане в разных частях столицы>>

Последнее из перечисленных событий в истории завершившихся выборов имеет особое значение. После того, как в Армении сменилось правительство, кампания по избранию Совета старейшин Еревана, стала первым электоральным опытом для новой власти. С приходом Никола Пашиняна на пост премьер-министра в стране сложилась парадоксальная ситуация. Новые власти, обладая высокой легитимностью у населения, при этом имели определенные проблемы с формальной легальностью, ведь фракция премьер-министра в парламенте составляла меньшинство. Старая же власть имела дефицит народной легитимности, но обладала парламентским большинством и всеми необходимыми конституционными атрибутами для осуществления своих полномочий. 

Новый кабинет министров получил поддержку в парламенте благодаря массовым протестам. Не будь давления улицы на депутатов, большинство Национального Собрания, состоявшего из представителей прежней правящей партии — Республиканской (РПА), скорее всего, не поддержало бы кандидатуру Пашиняна. С трудом верится, что без "бархатной революции" смог бы сложиться и ситуативный политический альянс между фракциями "Елк", блоком Гагика Царукяна и дашнаками (АРФД).

В этих условиях перед новым правительством встала определенная дилемма — либо попытаться сосуществовать с элементами старой власти, сохранившимися в Национальном Собрании, на региональном и местном уровне, а также в различных управленческих подразделениях, либо шаг за шагом переформатировать политическое пространство под себя. Был избран второй путь. И совсем не случайно после взятия под контроль правительства следующей целью новой власти стала мэрия Еревана.

Партии и блоки на выборах в Ереване: кто сколько получил и потратил>>

Отставка Тарона Маркаряна, выходца из команды республиканцев (он был в первой тройке их партийного списка на общегосударственных парламентских выборах), открыла путь к досрочной выборной кампании в Совет старейшин. Для сторонников Пашиняна появился шанс подкрепить революционную легитимность конкретными электоральными успехами. С тем, чтобы иметь возможность обратиться к скептикам и потенциальным противникам с серьезным аргументом: наши слова о всенародной поддержке не расходятся с делом, в столице страны за нас готовы голосовать. Таким образом формировался бы задел на будущие досрочные выборы в Национальное Собрание. 

Обновление политической повестки

Чем запомнились эти сентябрьские выборы? Какие политические выводы можно сделать по завершении этой электоральной кампании?

Во-первых, следует отметить радикальное обновление всего партийно-политического спектра страны. По крайней мере, если мы говорим не об именах, а о брэндах избирательных объединений.

Прежняя правящая партия, формально обладающая большинством в Национальном Собрании, вообще не вышла на старт гонки. Если сравнивать с составом участников прошлогодних кампаний по выборам в парламент и в Совет старейшин, то мы увидим практически полную смену состава партий и блоков. В прошлом году за места в высшем представительном органе столичного муниципалитета боролись всего три объединения, а на старт нынешней гонки их вышло двенадцать (четыре блока и восемь партий). Понятное дело, что количество реальных претендентов на депутатские кресла и пост мэра было намного меньшим.

"Дележ лакомого куска": политолог рассказал, почему исход выборов мэра Еревана предрешен>>

Практически с первого дня избирательной гонки на фоне других особо отличалась будущая тройка "призеров". Результаты, озвученные ЦИК республики, обозначили победу с подавляющим преимуществом движения "Мой шаг", поддерживаемого Николом Пашиняном. "Серебро" и "бронзу" соответственно получили партия "Процветающая Армения" (ППА) и блок "Луйс" ("Свет"). При этом даже самые смелые прогнозисты не давали "Моему шагу" уровня поддержки более 70%. 

И здесь мы видим еще одну интересную особенность нынешней армянской политики. При всем многообразии партий и блоков все они представляли в большей или меньшей степени "революционный дискурс". Никто из участников кампании не взял на себя смелость выступить против "бархатной революции", определить ее как ошибку или событие, создающее проблемы для развития республики в перспективе.

Баблоян о проекте Пашиняна: нельзя распустить парламент по желанию кого-либо>>

Главный конкурент Никола Пашиняна, вернувшийся в политику экс-президент страны Роберт Кочарян, в этой кампании не участвовал. Сегодня он сосредоточен на изучении изменившегося электорального поля и формировании своего имиджа в новых политических условиях, скорее всего, с прицелом на будущие парламентские выборы. В итоге все, кто вышел на старт избирательной гонки в Ереване, не ставили под сомнение успех и благотворное влияние "бархатной революции". В таком контексте совсем не удивительно, что подавляющее большинство голосов досталось тем, кто позиционировал себя как "главного революционера", кто ассоциировался в массовом сознании со сменой власти. 

Но это не означает, что в ходе выборов отсутствовала интрига. Напротив, кампания проходила живо и динамично. Оказалось, что внутри "революционного консенсуса" обозначились противоречия. Вместо прежней повестки дня "все против Саргсяна и республиканцев" (как минимум, не за них) появились другие расклады. Движение "Елк" пошло на выборы разными колоннами (объединениями "Мой шаг" и "Луйс"), а уже в ходе выборов у блока, поддерживаемого Пашиняном, появился оппонент в лице партии "Процветающая Армения".

В Национальном Собрании сторонники премьера и одного из богатейших людей Армении Гагика Царукяна пока что не разошлись. Но на городском уровне граждане республики смогли наблюдать обмен жесткими, иногда на грани фола репликами между лидером ереванского списка "Процветающей Армении", депутатом Наирой Зограбян и первым номером в списке "Мой шаг" Айком Марутяном.

Кто здесь главный революционер?

На первый план вышла борьба за имидж главной революционной силы. "Моему шагу" было намного легче выиграть ее как в силу определенной общественной эйфории, так и административных преимуществ. В этом контексте эмоционально понятно стремление кандидата в мэры от пропашиняновского блока представить электоральную картинку, как борьбу "черного и белого" начала. Хотя, если говорить о стратегическом позиционировании политика, то такие оценки, как минимум, спорны.

Это не форс-мажор: экс-генпрокурор Армении объяснил условия самороспуска парламента>>

В случае возможных проблем на поприще управления городским хозяйством найдутся те, кто напомнит Марутяну эти его слова. Как бы то ни было, а премьер-министр Армении, формально не занятый в выборах, стал одним из ключевых фигурантов прошедшей кампании. Фактически он использовал свой политический капитал и кредит доверия для поддержки "Моего шага". Думается, без этого успех данного объединения не был бы столь значительным. 

Однако эта позиция имеет, как свои преимущества, так и изъяны. Активное вовлечение Пашиняна в городскую кампанию помогает ему закрепить предыдущие успехи. Досрочная парламентская кампания по свежим следам городских выборов выглядит заманчиво перспективой. В то же самое время ереванская победа делает премьера ответственным и за будущие проблемы главного города страны. И вообще за все, начиная с мелочей. Таковы издержки от практической реализации идеи "диалога с народом" поверх государственных институтов. И надо понимать, что 23 сентября новая власть наряду с большим электоральным успехом получила в руки столь же значительную ответственность. Ссылки на "проклятое наследие" от предыдущего режима станут в скором времени не слишком эффективными.

Таким образом, выборы в Совет старейшин подвели черту под "дореволюционной" историей Армении. Они основательно переформатировали партийно-политический ландшафт, обозначили противоречия в стане победителей. Прошли новые разделительные линии, появились первые недовольные уже новой властью, тогда как прежние руководители, говоря словами Владимира Высоцкого, "затаились на время".

"Внеочередные парламентские выборы — необходимость": министр экономики объяснил почему>>

Впереди Армению ждет новая досрочная кампания по выборам Национального Собрания – главный политический старт в условиях парламентской республики. Не исключено, что мы еще станем очевидцами интересных и неожиданных конфигураций. Постсоветская история Армении ими богата.

2524
Теги:
Новости Армения, выборы мэра, Пашинян Никол, Армения
Тема:
Выборы в Совет старейшин Еревана 2018 (109)
По теме
Пашинян прокомментировал выборы в Ереване
Итоги выборов в Совет Старейшин Еревана
"С высоко поднятой головой": Арутюнян объяснил, как честные выборы помогают образованию
ЦИК Армении утвердил предварительные результаты выборов в Ереване

Триумвират Анкары, Баку и Исламабада: случаен ли выбор локации учений у границ Армении

3625
Недавние боевые действия в Карабахе ускорили формирование де-факто военного союза Азербайджана, Турции и Пакистана, интересы которых не всегда совпадают с другими соседними странами. "Сопутствующим продуктом" этого неизбежно станет региональная дестабилизация.

Александр Хроленко, военный обозреватель

В сопредельной с Арменией турецкой провинции Карс 17 января представители Минобороны Турецкой Республики торжественно встретили азербайджанских коллег, которые прибыли для совместных учений "Зима-2021". Маневры состоятся 1–12 февраля. Турецкая сторона заверила гостей: "Мы продолжим действовать "одним сердцем" и "одним кулаком", с пониманием: "Два государства – одна нация". Ключевое слово "продолжим" почему-то вызывает ассоциации с боевыми действиями в Нагорном Карабахе, где Турция поддерживала Азербайджан. И в перспективе просматривается концепция "Два государства – одна армия".

Немногим ранее состоялись встречи турецкого министра обороны Хулуси Акара с командующим ВВС Пакистана Муджахидом Анвар Ханом, министра обороны Азербайджана Закира Гасанова с чрезвычайным и полномочным послом Пакистана в АР Билалом Хайе. Стороны обсудили совместные учения, включая маневры азербайджанской армии с участием спецназа и других видов войск Пакистана и Турции. Отмечен большой потенциал для военного и военно-технического сотрудничества (ВТС), выражено намерение развивать его в интересах Анкары, Баку и Исламабада.

В развитии добрососедских отношениях государств, ВТС и обмене армейским опытом нет ничего предосудительного, если в результате не возникает военно-политического напряжения в регионе, и военных угроз ближайшим соседям. Возвращаясь к совместным азербайджано-турецким учениям "Зима-2021", можно заметить, что выбор локации у границ Армении, где в Гюмри расположена 201-я российская военная база, выглядит провокационным. Создается впечатление, что Анкара и Баку не вполне удовлетворены достигнутыми в Нагорном Карабахе результатами, а Исламабад готов "по-братски" им помочь на Южном Кавказе – с расчетом на расширение своего влияния в Центральной Азии.

Прямая угроза

Азербайджано-турецкие военные маневры 1–12 февраля в провинции Карс обещают стать крупнейшими за последние несколько лет. Сценарий учений предусматривает отработку совместных наступательных операций, в том числе десантно-штурмовых. В условных боях будут задействованы танковые и артиллерийские подразделения, спецназ и снайперы. Целями учений заявлены отработка взаимодействия в ходе совместных операций, проверка боеспособности вооружения и транспортных средств, штатных и перспективных.

Напомню, предыдущие совместные военные маневры Турции и Азербайджана с боевыми стрельбами проходили за полтора месяца до начала боевых действий в Карабахе. В Ереване считают 44-дневную войну прямым продолжением августовских азербайджано-турецких учений. Алгоритмы и содержание "предвоенных" маневров настораживают и Армению, и Россию.

Турецкий министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу в конце декабря обещал "активизировать усилия по нормализации отношений с Арменией", однако реальность выглядит иначе. Безопасность армянского населения не абсолютна. Дальнейшая судьба и статус Нагорного Карабаха не определены, в перспективе зависят от баланса сил в регионе, и возможностей азербайджано-турецкого военного альянса.

В соответствии с заявлением лидеров России, Азербайджана и Армении, Карабах остался практически изолированным анклавом на территории площадью чуть более половины бывшей Нагорно-Карабахской автономной области (без Гадрутского района и города Шуша). Стабильность и безопасность обеспечивают преимущественно российские миротворцы.

Возможно, сохраняющаяся неопределенность создает в Анкаре и Баку иллюзию, будто "мятежную территорию" можно "дожать" военными средствами, игнорируя российских миротворцев. Многие подзабыли итоги грузинской операции "Чистое поле" на территории Южной Осетии в августе 2008 года.

Неслучайно американское издание Foreign Policy отмечает высокий риск "неожиданной конфронтации" в зоне пересечения российско-турецких интересов на Южном Кавказе. Подобное развитие событий было бы выгодно Западу для реализации общего плана дестабилизации российского ближнего зарубежья и "сдерживания" РФ.

В свою очередь влиятельные турецкие националисты мечтают о ликвидации "разделенного тюркского мира" и едином "турецком пространстве" от Эгейского моря до западного Китая. Военные угрозы в регионе Южного Кавказа сохраняются. И относительно далекий Пакистан не дремлет, ведет свою военно-политическую игру, в которой преобладают экономические резоны.

Пакистанский фактор

Географически Баку и Исламабад разделяют более 2000 км, но объединяют особые отношения с Турцией. Напомню, еще основатель Пакистана Мухаммед Али Джинна высоко отзывался о Мустафе Кемале Ататюрке, и Анкара в 1947 году сразу же установила дипломатические отношения с новым государством Пакистан. С той поры две страны традиционно помогают друг другу на международной арене и в военной сфере. Пакистан с 1974 года поддерживает турецкое присутствие на Северном Кипре.

Турецко-пакистанская военная консультативная группа создана в 1988 году для обмена опытом в военном образовании и оборонной промышленности, а с 2003 года сотрудничество Анкары и Исламабада укрепляет организация "Высший военный диалог". Турция и Пакистан регулярно проводят совместные военные учения. В последние годы Анкара стала вторым после Пекина поставщиком вооружений для пакистанской армии, и только в 2018 году Пакистан приобрел 30 турецких вертолетов T-129 на сумму $1,5 млрд. Турция стремится быть посредником между Афганистаном и Пакистаном в конфликтной "зоне племен".

Подобные отношения закономерно проецируются на все страны в зоне влияния Турции, Азербайджан просто обречен на военное и военно-техническое сотрудничество с Пакистаном. Так, располагая значительными средствами, имея большой выбор современнейших истребителей на международном рынке, Баку заказал два десятка истребителей JF-17 пакистанского производства, явно не самых лучших в своем классе. В свою очередь Исламабад открыто поддержал наступательную операцию азербайджанской армии в Нагорном Карабахе.

Пакистанские специалисты готовы участвовать в разминировании территории Нагорного Карабаха, и все же Исламабад заинтересован, прежде всего, в экономической экспансии, с дальним прицелом на постсоветское пространство Центральной Азии.

Пакистан вряд ли станет ввязываться в боевые действия на Южном Кавказе – военных конфликтов более чем достаточно на границах с Индией и Афганистаном. Территория и лояльность Азербайджана сами по себе создают благоприятные условия для расширения (через Каспий) турецко-пакистанского военного и экономического влияния.

Границы в Центральную Азию практически открыты – еще в 2009 году в Нахичевани провозглашен Тюркский совет в составе Азербайджана, Турции, Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана. В октябре 2020 года состоялись знаковые визиты министра обороны Турции Хулуси Акара в Казахстан и Узбекистан, где были подписаны соглашения о военном и военно-техническом сотрудничестве. Тогда казахстанская сторона оперативно опровергла вероятность появления "центральноазиатского НАТО".

Азербайджан является членом Движения неприсоединения (к военным блокам), объединяющего 120 государств мира, и президент Ильхам Алиев до 2022 года председательствует в этой организации. И все же, "приступ" военно-политической активности Анкары на фоне боевых действий в Карабахе позволяет предположить, что последует продолжение попыток Турции расширить свое влияние.

3625
Теги:
Пакистан, сотрудничество, Баку, Анкара
Мужчина на месте обстрела здания родильного дома в Степанакерте (28 октября 2020). Карабах

Карабах: мирный процесс в условиях нового статус-кво

3098
(обновлено 19:29 13.01.2021)

В Кремле было подписано новое совместное заявление по Нагорному Карабаху президентов России, Азербайджана и премьер-министра Армении. Можно ли рассматривать московский саммит, как некий прорыв в деле урегулирования многолетнего этнополитического конфликта или речь идет по большей части о залечивании ран второй карабахской войны? Какие новые расклады сил в Кавказском регионе по сравнению с концом прошлого года отражают результаты переговоров в столице России?

Сергей Маркедонов, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России, главный редактор журнала "Международная аналитика" - для Sputnik

Московская встреча может считаться знаковым событием уже в силу того, что руководители Азербайджана и Армении встретились в первый раз (хотя и не тет-а-тет, а в трехстороннем формате) после окончания "осенней войны" в Карабахе. По итогам саммита появилось заявление, соавторство которого наряду с Владимиром Путиным разделили Ильхам Алиев и Никол Пашинян.

Важно также и то, что оба лидера признали позитивную роль России в процессе урегулирования конфликта. В особенности это касалось миротворческой миссии, которую Москва развернула в Карабахе. Но на этом, пожалуй, список общих точек соприкосновения между азербайджанским и армянским лидером можно считать завершенным. Как минимум, по состоянию на 11 января 2021 года.

Армения и Азербайджан: расхождения сохраняются

Во время заявлений лидеров стран для прессы невооруженным взглядом была видна различная стилистика оценок происходящих событий. Если Ильхам Алиев предпочитал говорить о конфликте в прошедшем времени, фокусируясь на перспективах восстановления инфраструктуры разрушенных и запущенных территорий, то Никол Пашинян старался сосредоточиться на актуальных проблемах сегодняшнего дня - возвращении военнопленных и неразрешенном статусе Нагорного Карабаха. С азербайджанской же точки зрения статусные вопросы фактически тождественны восстановлению юрисдикции Баку над ранее утраченными территориями. В условиях нового статус-кво они перестали быть для азербайджанской стороны актуальными.

Для армянской стороны ситуация принципиально иная. Потеря семи районов, а также ряда частей Нагорно-Карабахской республики до предела обострили вопрос об определении будущего Степанакерта и демаркации межгосударственной границы с Азербайджаном уже в новой территориальной конфигурации. И Пашинян, даже если бы захотел смолчать, не может этого сделать, подвергаясь беспрецедентному давлению у себя на родине. В канун его прилета в Москву на информационных просторах даже циркулировали слухи о возможном его блокировании в Ереване и срыве поездки.

Премьеру Армении после 10 ноября не позавидуешь. Но не менее сложным (если не более) будет путь у его гипотетических преемников. Ведь одно дело критиковать за безосновательные уступки того или иного политика, а другое - принимать альтернативные решения, обладая всей полнотой информации об имеющихся ресурсах, возможностях и пространствах для маневрирования.

Между тем, даже оппоненты Пашиняна, пускай и без особой охоты, но признают: реальных работающих планов выхода из карабахской ситуации на горизонте не проглядывается.

Таким образом, встреча в Москве зафиксировала уже на новом этапе расхождения в позициях Еревана и Баку. Но при этом и их готовность работать в формате, определенном совместным заявлением от 10 ноября 2020 года. Он требует дальнейшей детализации. Собственно, этому и были посвящены переговоры в столице России.

Москва начинает и выигрывает

После того, как благодаря участию РФ в Карабахе были остановлены боевые действия, эксперты и действующие политики повели дискуссию о степени российского влияния в этой части постсоветского пространства. Для многих поведение Москвы, стремящейся избежать односторонней поддержки кого-то одного из участников конфликта, оказалось сюрпризом. Но как бы то ни было, а российская медиация признается и Баку, и Ереваном.

Прекрасной иллюстрацией этого стали заявления Ильхама Алиева и Никола Пашиняна, прозвучавшие 11 января в Гербовом зале Кремля.

По словам азербайджанского лидера, "российская миротворческая миссия эффективно выполняет свою работу, и за два месяца, за исключением небольших инцидентов, не было серьезных поводов для беспокойства". Никол Пашинян начал свое выступление со слов благодарности в адрес президента РФ "за усилия, вкладываемые для восстановления стабильности и безопасности в нашем регионе и для урегулирования нагорно-карабахского конфликта".

При этом стоит особо оговориться. Эта роль Москвы не стала чем-то принципиально новым. И хотя ранее Россия была одним из трех сопредседателей Минской группы ОБСЕ, а не единоличным ее руководителем, в наиболее острые периоды эскалации конфликта, будь то серьезное обострение в апреле 2016 года или более ранние инциденты, именно она выдвигалась на первый план. И это не вызывало особого протеста со стороны Вашингтона и Парижа. И сегодня, когда Москва заняла ведущую позицию в возобновлении мирного процесса, она не противопоставляет себя Западу конкретно на карабахском треке вопреки имеющимся расхождениям по широчайшему спектру проблем мировой повестки с США, Францией и их союзниками.

В этом контексте важно отметить телефонную беседу Владимира Путина и французского президента Эмманюэля Макрона 10 января, за день до трехсторонних переговоров в Москве. Как подчеркивается в информационном сообщении на сайте главы российского государства, это событие имело место "в рамках координации действий сопредседателей Минской группы ОБСЕ". Фактически это ответ на часто задаваемый вопрос: существует ли этот формат после ноября 2020 года? Как видим, он поддерживается. И не в последнюю очередь благодаря российским усилиям, что подтачивает популярный ныне тезис о якобы тотальном геополитическом "ревизионизме" Москвы.

Сегодня США не до Карабаха, хотя Вашингтон старается держать руку на пульсе. После инаугурации Джозефа Байдена, 20 января, не исключено, внимание американских политиков к Кавказу в целом и к армяно-азербайджанскому противостоянию в частности возрастет. Но пока что американская позиция не противопоставляет себя российской. Значит, Москва по-прежнему сохраняет особую роль в мирном процессе, действия при этом не вместо Минской группы и не наперекор Западу, а вместе с ними. Как минимум, до той поры, пока партнеры не вознамерятся попытаться искусственно принизить российское влияние.

Второе совместное заявление: основные штрихи

Итогом непростых переговоров в Москве стало подписание трехстороннего заявления по Карабаху. Оно, таким образом, стало уже вторым совместным документом, касающимся урегулирования застарелого конфликта. Но если прошлогоднее заявление касалось прекращения огня и первоочередных мер, нацеленных на его закрепление, то январское было сфокусировано на экономических сюжетах. Предполагается создание рабочей группы по разблокированию транспортных коммуникаций и экономических связей в Кавказом регионе, не только непосредственно в Карабахе и в прилегающих к нему районах.

Российское руководство, взяв на себя инициативу в процессе урегулирования конфликта, не хочет сбавлять темпов и пытается предложить свою конструктивную повестку - реализацию планов по восстановлению разрушенной инфраструктуры региона. Это попытка создать защитную основу, своеобразную страховку от возобновления боевых действий. Риск новых разрушений будет призван удерживать стороны от военной активности. Но сможет ли эта экономоцентричная модель сблизить позиции Баку и Еревана? Вопрос не так прост.

С одной стороны, прагматика выглядит ощутимо привлекательнее разговоров об абстрактных ценностях. С другой, опыт урегулирования других затяжных этнополитических противостояний, будь то Кипр, Ближний Восток или Балканы, показывает: это может снизить интенсивность конфликта, перевести его из военного в политико-правовой, что уже само по себе шаг вперед. Однако без обсуждения статусных вопросов, проблем беженцев, гарантий безопасности не обойтись. Экономика улучшает положение дел, но далеко не всегда помогает вылечить общественные травмы и компенсировать политические утраты.

Как бы то ни было, то, что произошло в Москве 11 января, можно рассматривать, как возобновление переговорного процесса в условиях нового статус-кво. Ведущая роль в нем принадлежит России. И это, пожалуй, главный итог встречи. Конечно, речь не идет о гарантированном успехе на этом пути. Сложности очевидны, и о них, думается, еще будет возможность поговорить, и не раз. Они будут возникать как внутри двух конфликтующих обществ, так и в геополитическом контексте. Пока же происходит осмысление новых реалий и выстраивание планов в соответствие с ними.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

3098
Теги:
статус-кво, переговоры, Карабах
Беженцы из Карабаха прибывают из Армении в Степанакерт (20 ноября 2020). Карабах

Очередная группа беженцев прибыла в Нагорный Карабах: известно общее число вернувшихся

26
Российскими миротворцами обеспечивается также восстановление объектов гражданской инфраструктуры, оказывается гуманитарная помощь населению.

ЕРЕВАН, 20 янв — Sputnik. Очередная колонна с беженцами прибыла в Нагорный Карабах из Армении в сопровождении российских миротворцев. Как передает пресс-служба Минобороны РФ, всего с середины ноября по сей день на родину вернулись 50 116 человек.

В частности, за сутки автобусами из Еревана в Степанакерт доставили 114 беженцев.

Отмечается, что российским миротворческим контингентом продолжается выполнение задач на территории Нагорного Карабаха. На 27 наблюдательных постах российскими миротворцами ведется круглосуточный мониторинг обстановки и контроль за соблюдением режима прекращения огня.

Российскими миротворцами обеспечивается также восстановление объектов гражданской инфраструктуры, оказывается гуманитарная помощь населению.

Главы России, Армении и Азербайджана - Владимир Путин, Никол Пашинян и Ильхам Алиев, приняли 9 ноября совместное заявление о прекращении огня в Карабахе. Согласно заявлению, озвученному президентом РФ, полное прекращение огня в Нагорном Карабахе вступило в силу уже с 10 ноября. Армянская сторона согласилась на целый ряд территориальных уступок.

Для контроля за прекращением огня и военных действий, в зоне нагорно-карабахского конфликта развернут миротворческий контингент Российской Федерации в количестве 1960 военнослужащих, 90 бронетранспортеров, 380 единиц автомобильной и специальной техники.

26
Теги:
беженцы, Карабах
Тема:
Послевоенный Карабах
По теме
"Не за себя, а за детей было страшно": беженцы возвращаются в Карабах – видео